Мы ждём перемен…

Измениться, чтобы выжить

Что стоит за словами об обновлении «Единой России» и её политики? Идёт ли речь всего лишь о предвыборном лозунге, либо партия действительно взяла курс на обновление? Ответить на эти вопросы можно, лишь рассмотрев российскую партийную жизнь в целом и определив долгосрочные тенденции её развития. Хотя партийная жизнь приобрела ранее несвойственную ей динамичность, голоса о кризисе партийной системы не умолкают. Нет ли здесь парадокса?

Дело в том, что традиционная система представительской демократии переживает кризис во всём мире, в том числе – в странах с развитым парламентаризмом и устойчивыми традициями партстроительства. Меняется сама роль партий в политической жизни: из устойчивых структур с жёстко определённой идеологией и ориентацией на централизм в управлении они превращаются в конгломераты граждански и политически активных людей. Это влечёт изменение в механизме формирования повестки дня и определенияцелей и задач политической деятельности. Традиционная модель, свойственная и нынешней России, предполагает, что повестка формируется в «центре», а потом распределяется по региональным и местным отделениям сверху вниз. Понятно, что в такой большой стране, как наша, при таком подходе может теряться связь с местной проблематикой. А региональные партии в России запрещены.

Новый подход предполагает формирование повестки «снизу вверх», когда активные граждане, желающие добиться чего-либо путём участия в политике, приходят со своими идеями в партию и используют её ресурсы для достижения своих целей. При этом партии должны стремиться этих людей к себе завлечь, ибо у тех есть и другие формы политического участия: роль различных общественных объединений будет возрастать. Однако пока российская политическая система не выработала механизмов прямого влияния таких объединений на властные решения, партии будут необходимы. Показателен пример взаимодействия «Единой России» и Общероссийского народного фронта: в ОНФ может вестись какая угодно идейно-политическая работа, но избираться в органы власти «фронтовики» всё равно вынуждены с помощью ЕР. Возможно, подобное взаимодействие будут осуществлять и другие партии, рекрутируя в политику новые кадры из разных общественных объединений. В этом случае партия как субъект избирательного процесса будет активизироваться только в преддверии выборов, а после проведения кампании уходить в тень, давая возможность выйти на первый план входящим в неё политикам.

Уйти от «чего изволите?»

Так что же, «Единая Россия» благодаря политической воле руководства и взаимодействию с общественниками из ОНФ перешла на другой тип функционирования, более современный и актуальный? К сожалению, сделать это ей мешает её необычная роль в российской политической системе, из-за которой перемены в ЕР выглядят чисто формальными. Скажем, в недавнем съезде партии приняло участие множество руководителей первичных организаций, чего раньше не было. Однако это не значит, что удельный вес местных политиков при принятии того или иного решения на местном уровне будет выше, чем вес партийного начальника, стоящего выше в иерархии. Прежде всего, чтобы «партия власти» действительно стала «народной партией», как об этом заявляет дистанцирующийся от неё В. Путин, она должна перестать быть звеном властной вертикали. Невозможно стать партией, реагирующей на импульсы «снизу», если у тебя нет права на игнорирование импульсов «сверху».

Очевидно, что эти разнонаправленные импульсы постоянно будут входить в противоречие друг с другом. Скажем, через несколько дней после съезда «Единой России» формальный глава партии премьер Медведев встретился с партийным руководством, дабы обсудить с ним нюансы принятия проекта госбюджета на 2014 год. Не секрет, что проект вызвал критику не только думской оппозиции, но и многих единороссов: понимая, что урезанный в области «социалки» бюджет ударяет по имиджу партии, усилиями которой его и принимают, представители ЕР участвовали в процессе внесения в него смягчающих поправок.Но исполнительной власти депутатские поправки не очень-то и нужны, ей нужно, чтобы бывшая до того ручной партия обеспечила принятие бюджета, причём в законодательных органах всех уровней. О какой самостоятельной политике, приближенной к чаяниям народа, тут можно говорить?

Под ковром привычнее…

Волгоградская область стала одним из тех регионов, где ЕР обещала перемены. С момента выборов в местный законодательный орган – волгоградскую гордуму – прошло чуть больше месяца.Отразились ли на нашем регионе новые веяния? Волгоградский политолог Александр Сайгин отмечает, что месяц – слишком маленький срок, чтобы судить о масштабных изменениях. Однако по некоторым деталям определённые выводы сделать можно. «Городская дума за месяц провела два значимых заседания. Первое – утверждение главы города. Стоит отметить, что кандидатуру Гусевой утвердили на заседании регионального политсовета «Единой России», хотя две трети его членов вообще не имеют непосредственного отношения к Волгограду. Второе заседание было посвящено утверждению конкурсной комиссии, обязанной выбрать сити-менеджера. В ЕР обещали, что в комиссию будет допущена общественность, но этого не произошло. Поэтому говорить об изменениях в партийной политике пока преждевременно».

Таким образом, судьбу города вновь решили в узком кругу проверенных партийцев: управление Волгоградом было отдано на откуп региональной партийной элите, а вот мнение горожан быть услышанным просто не имело шансов. Единороссы могут здесь сослаться на отсутствие механизмов влияния жителей на властные решения, однако один из таких механизмов предложен всё-таки был: участие общественности в конкурсной комиссии (вопрос о том, насколько та или иная общественная организация может претендовать на роль выразителя мнения общества в целом, оставим сейчас в стороне). Увы, кулуарность оказалась привычнее. Но если единороссы пока не могут реализовать новые подходы в партийной жизни, то как же они смогут привнести нововведения в практику городского управления?

Тем не менее, политолог Виталий Арьков всё же считает возможным говорить о переменах: «Перемен, может быть, не так много, но они есть. Во-первых, депутаты обновленного состава (новым его назвать язык не поворачивается) избрали главой Волгограда действительно нового именно для города человека - Ирину Гусеву. То есть не стали перетасовывать старую колоду из бывших градоначальников. Перемена в том, что это женщина. Да, была Ирина Карева, но она была спикером городского собрания. Теперь же в лице Ирины Гусевой мы обрели в качестве первого лица Волгограда женщину. И лицо это симпатичное. Не только в буквальном смысле, что тоже немаловажно. Многим горожанам симпатичны смелые планы Ирины Михайловны и уже начатые ей дела. Главное, чтобы у самой Гусевой и людей из ее команды хватило сил и терпения. Уверен, глава региона им поможет во многих правильных начинаниях».

Зияющий раскол

Каков вывод? Есть ли всё-таки перемены в деятельности «Единой России»? К сожалению, во многом эти перемены пока есть только на словах. Существуют определённые тенденции в развитии партийной жизни, игнорировать которые ЕР не может, и партия старается им соответствовать. Отсюда вся эта риторика «перемен». Но, с другой стороны, существует и сложившаяся за десятилетие централизма политическая практика, в рамках которой у «Единой России» есть своё место во властной вертикали. Подлинные перемены были бы возможны только при потере партией этого своего места: чтобы стать по-настоящему «народной партией», ей нужно перестать быть «партией власти». Но едва ли сами единороссы желали бы такого развития событий. Поэтому пока не изменится нынешняя централистская система управления страной, партии придётся постараться усидеть на двух стульях – власти и народа. Увы, пока эти стулья повёрнуты в разные стороны, что неизбежно создаёт ситуацию раскола между риторикой «Единой России» и её реальными делами, в то время как главным изменением, чаемым россиянами, было бы преодоление этого раскола.