Внештатное подкрепление

• 20 мая 2014
• administrator

В пресловутой концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации до 2020 года одним из приоритетов было заявлено развитие государственно-частного партнерства.

С его помощью собираются реализовывать многие масштабные инфраструктурные проекты. Планы пока больше обсуждаются, нежели воплощаются в жизнь, но меж тем для бизнеса новые клиенты в лице государственных учреждений могут стать неплохим подспорьем именно сейчас, в период, когда о волгоградской экономике никто доброго слова не скажет, а о росте предпринимательской активности вообще молчат. Имеется в виду привлечение частных компаний для передачи им части функций по обслуживанию казенных структур.  Существует и специальное понятие, описывающее подобные экономические отношения, — аутсорсинг. Так уж случилось, что для Волгограда первые шаги по реализации масштабных аутсорсинговых идей были ознаменованы скандалом.

В конце 2012 года пермский бизнесмен Евгений Фридман заключил контракт с городской станцией скорой медицинской помощи на предоставление 80 новых машин и осуществление транспортного аутсорсинга. К этому моменту предприниматель уже успешно запустил три аналогичных проекта в других субъектах РФ: Пермском крае, Башкортостане и Кировской области. В Перми за четыре года сотрудничества городская станция скорой помощи, по словам главврача ведомства, сэкономила 70 млн рублей.

В Волгоград специальные автомобили должны были поступить в январе 2013 года. Однако к горожанам новая «скорая» так и не приехала. Водители местного муниципального медицинского учреждения, боясь потерять работу, начали протестовать против соглашения об аутсорсинге и направили заявление в прокуратуру. Затем со стороны правоохранителей начались проверки, претензии и прочие палки в колеса.

Заказчики обвинили частную организацию в нарушении сроков контракта, что отчасти признал сам пермский предприниматель, а искать компромисс категорически отказались. В результате договор ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи» с компанией Евгения Фридмана был расторгнут по решению суда. Бизнесмен сообщил, что из-за аннулирования отношений он понесет убытки в 50—60 млн рублей и что нарушение условий контракта произошло не по его вине. Но в областном правительстве больше и слышать не хотели ни о каком привлечении сторонних организаций.

Между тем сотрудничество с частными компаниями не только помогает существенно экономить на текущих расходах, но и является еще более действенным способом поддерживать качество выполняемых работ на желанном уровне, потому как если что-то пойдет не так или услуги окажутся не соответствующими требованиям, то разорвать договор с юридическим лицом проще, чем расстаться с работниками, состоящими в штате госучреждения. Таковы особенности нашего трудового законодательства. В этой ситуации форма государственно-частного партнерства дает возможность выбирать того, кто в наибольшей степени заботится о добротности предоставляемой услуги.

Применение аутсорсинга дает возможность предприятиям полностью сосредоточиться на приоритетных направлениях своей деятельности, позволяет получить доступ к новым технологиям и ресурсам, снизить операционные издержки — в общем, сделать работу госучреждений более эффективной и менее затратной.

Уборка помещений, ремонтное обеспечение техники, приготовление пищи — все это можно доверить мастерам своего дела из компаний частного сектора. Их услуги могут быть востребованы, например, в школах и больницах. Такая практика широко распространена во многих развитых странах. В России сегодня делаются очень робкие попытки использования аутсорсинга в социальных структурах, и запустить подобные механизмы повсеместно еще не удалось.

Против аутсорсинга сейчас играет отсутствие соответствующих нормативных актов: в законодательстве РФ такого правового института вообще не существует. А способы финансирования, практикуемые в государственных учреждениях, не всегда допускают расходы на приглашение внешних специалистов по договору аутсорсинга.

Известный волгоградский экономист Карен Туманянц отмечает, что существует  еще ряд характерных для нашего отечества проблем, которые мешают внедрению и распространению технологии государственно-частного партнерства. «Это направление у нас не развивается, во-первых, из-за боязни того, что произойдет снижение уровня качества. То есть не факт, что так и получится, но руководители тем не менее опасаются непредсказуемых последствий сотрудничества. Ведь, когда у них в подчинении есть сотрудник, выполняющий определенную функцию, они понимают, что могут ему приказать, заставить что-то сделать и так далее. Если же это все передается, пускай даже на договорной основе, в какую-то внешнюю организацию, то, наверное, многие менеджеры не захотят мириться с тем, что они потеряют рычаги воздействия и контроля над процессами, которые доверили частному бизнесу.

Во-вторых, нам мешает отсутствие такой практики в прежние времена. Это проблема актуальна в целом для России — не только для бюджетного, но и для производственного сектора. Так сложилось, что у нас привыкли всегда все делать сами, полностью собирать под себя сопутствующие функции, вести хозяйство достаточно замкнуто. Пользуясь аутсорсингом, учреждение становится более прозрачным в финансовом плане, то есть все на виду, и если раньше руководство могло себе позволить где-то перераспределить выделенные средства по своему усмотрению, то теперь приходится распоряжаться бюджетом так, как было предписано и запланировано», — полагает эксперт.

Как бы то ни было, потенциалом аутсорсинг-услуг в госсекторе никак нельзя пренебрегать: этот рынок, можно сказать, является одним из внутренних ресурсов российской экономики, ценность и значение которых многократно возрастают по мере того, как из-за украинского вопроса обрываются или замораживаются наши международные бизнес-связи.