Мы используем cookie. Во время посещения сайта вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные с использованием метрик Яндекс Метрика, top.mail.ru, LiveInternet.

Царицын – город контрастов

Царицын – город контрастов

Итак, мы остановились на том, что Царицын к началу 20 века поднялся, как на дрожжах и вошел в число важнейших городов промышленной России, уверенно входившей в капитализм.

Наш город в этом качестве был даже отмечен в труде молодого и тогда мало еще кому известного Владимира Ленина. То, что уездный город мог на равных тягаться с крупнейшими мегаполисами империи, было в те времена крайней редкостью, и сей факт не может не прибавить нам, нынешним волгоградцам, гордости за любимый город.

Царицын тогда начинался с Волги, с многочисленных пристаней усыпавших берег. Поднявшись по деревянным лестницам, вы попадали на бесчисленные торговые ряды, при виде которых перехватывало дух. Вот как описывает торжище Павел Крушеван, побывавший в Царицыне в самом конце 19 века. «Горы овощей и фруктов; телеги нагружены арбузами и дынями; они же сложены пирамидами вдоль рядов; дальше — и капуста, и зеленый перец, и синие баклажаны, и красные помидоры; а рядом виноград, персики, груши... Глаза так и разбегаются. Заходим в рыбные лавки. Хотя теперь и не сезон, но рыбы масса. Тут же распластываются доставленные из садков осетры и выбираются икряные мешки. Икра рассыпается, что жемчуг. В резервуаре стадо живых стерлядей. Белая, как сало, туша белуги в несколько пудов лежит на выставке; длинные филеи балыков висят вдоль стен; из них еле сочится янтарный жир; головизна — ни почем, сельди — тоже».

Ох, хватит, это же невозможно читать на пустой желудок. А ведь подобное изобилие наблюдалось еще в Сталинграде, в 50-х годах прошлого века. Увы, всё проходит.

Царицын – город контрастов

И совсем не случайно, что сюда частенько наезживали знаменитости и вообще значительные лица Российской империи. Кто-то ехал подлечиться на знаменитых Ергенинских водах, кто-то – подрубить деньжат на гастролях, которые проходили здесь всегда с неизменных успехом и при массовом стечении публики.

Город имел в те поры четыре театрально-концертных зала с солидной вместимостью. Одна только легендарная «Конкордия» – театр-сад, раскинувшийся в долине реки Царица, имел зал на 500 мест, что и в нынешние времена выглядит совсем даже комильфо. А после реконструкции вместимость и вовсе составила 1300 мест. Пойди-ка, поищи сегодня такой зал в Волгограде. Вот и летели сюда стаи актеров, музыкантов, певцов. На гастроли залетывали сюда театральные корифеи того времени: Бурлак, Щепкин, Савина, Дальский. Для здешней взыскательной, надо сказать, публики пели сами Собинов и Шаляпин.

Судя по описаниям разного рода путешественников, в изобилии посещавших наши палестины, город в первые годы 20 века представлял из себя вавилонское столпотворение. Он не просто стремительно жил, а как бы рвался в жизнь. И уже не как знаменитая гоголевская тройка, но наподобие железного коня-паровоза: с громом, стуком, искрами на крутых поворотах и огнедышащими клубами отработанного пара.

Как и всякая, стремительно врастающая в капитализм территория, Царицын являл собой, как впоследствии стало модным говорить, город контрастов. Да еще каких контрастов!

В центре города — настоящая цивилизация: каменные благоустроенные дома заводчиков и купцов Репникова, Воронина, Лапшина, правительственных чиновников, а также гостиницы, номера, магазины. К ним ведут мощеные булыжником улицы, тротуары, водопровод по последнему слову техники, электрическое освещение, трамвай, между прочим, первый в России среди уездных городов. Но сверни поближе к окраинам – и, батюшки мои! – по склонам неисчислимых оврагов лепятся друг к другу лачуги, лачуги, лачуги… Одна другой сиротливее и скособоченней. Глинистые немощеные улицы после дождей превращаются в непроходимые топи и болота. О водопроводе или освещении улиц говорить просто не приходится, обыватели в темень, если и отваживаются выбраться на улицу по нужде, запасаются керосиновыми лампами. Грязь несусветная, отбросы вываливаются прямо на улице…

Боже мой, Боже мой, более ста лет прошло, но как мало изменился мой любимый город. И не знаешь, радоваться тут или плакать.

Бурная и буйная царицынская жизнь сформировала особый вид здешнего обывателя, резко отличавшегося по своим характерным особенностям от жителей соседних губерний. Все свидетельства сходятся на том, что царицынцам и сам черт был не брат. Но об этом в следующий раз.

Владимир АПАЛИКОВ

  • 0

Популярное

Последние новости